Волкособ – забайкальское чудо

То, что клыки волкособов на порядок острее, чем у овчарки, инструкторы разыскных собак ощутили на себе сразу. После каждой тренировки на руках оставались ссадины, от сильного захвата не спасает даже тренировочный костюм. Гибриды лидировали по выполнению нормативов общего курса дрессировки, по сравнению с собаками у них более развит интеллект, ведь жизнь в природе их родителей была значительно сложнее, выжить в жестоком природном мире можно только за счет мощного чутья и интеллекта.

При тестировании на ограниченном пространстве гибриды отыскивали «нарушителя» за 15–20 секунд, в то время как собакам требовалось на это 3–4 минуты. И все потому, что собака хаотично мечется по территории, тратя много времени на изучение местности. А волкособ, cделав круг по периметру, определяет контрольные точки и мгновенно находит спрятавшегося человека, наркотик и взрывчатые вещества.
Есть и другие ценные преимущества, унаследованные от диких предков: неумение лаять и исключительный нюх, в 5–6 раз превосходящий собачий. «Горячий след» волк-гибрид, несясь в погоню с пограничником, берет по воздуху. Зачастую находит след, считавшийся безвозвратно потерянным. Например, непременно настигнет нарушителя границы, даже если тот прошел 12 часов назад и пытался скрыться в населенном пункте. А от собак новое «живое оружие» позаимствовало самое главное – любовь к людям, без нее стало бы неуправляемым. Насколько сложно оказалось привить гибриду это качество, расскажем чуть ниже.
Разведением волкособов в пограничном управлении ФСБ России по Республике Бурятия и Читинской области занимаются уже несколько лет. Алый – первый представитель этой династии, первый на всех границах мира. Он племенное ядро, он и производитель. Теперь уже его щенки после вязки с немецкой овчаркой отлично несут службу на заставах. Да и сам папаша постоянно оттачивает мастерство на занятиях в питомнике даурского погранотряда. Инструктор младший сержант контрактной службы Николай Пожитнов доволен своим подшефным: он еще ни разу не подводил.
– Это наш резерв, бережем его для особых случаев, – говорит кинолог. - Если собака на заставе с задачей не справляется, потеряла след, мы с Алым в составе тревожной группы выезжаем на место…
– В преддверии зимы попробуем повязать нашу знаменитость с большой красивой волчицей, которую таможенники перехватили у китайцев, – явно рассчитывая на новое интересное потомство, делится своими планами начальник службы кинологии и кавалерии пограничного управления ФСБ капитан Руслан Абакаров.
Молодой офицер, выпускник кинологического факультета Пермского военного института Внутренних войск МВД РФ, шесть лет тому назад прибыл на границу со своим щенком, полуволком-полусобакой по кличке Алый. И этим немало удивил тогда бывалых пограничников.
А еще чуть раньше, будучи курсантом, Абакаров, кроме самой учебы под руководством кандидата биологических наук, профессора кафедры кинологии Вячеслава Касимова, участвовал в экспериментально-научных опытах по выведению волкособов. Животных, как мы уже убедились, унаследовавших лучшие природные качества обоих родителей (речь идет о «правильных» волкособах, потому что просто нарожать необычное потомство не было проблемой для исследователей). Следует заметить, что этой работой занимался не только уважаемый профессор со своими учениками, но и многие другие ученые и энтузиасты. В Германии, в Кёльнском университете, еще в 1970-х было получено 200 мощных животных-гибридов. Однако среди них не было хотя бы одного, которым можно управлять. Эксперимент признали бесперспективным. Правда, позднее в Голландии и Чехии вывели породы собак со значительно меньшей долей волчьей крови – около 10 процентов, но и они трудно шли на контакт с человеком.

У нас, в богатой волками стране, известны случаи, когда серые разбойники в ближайшем лесу были не прочь «подгульнуть» с деревенской Жучкой со всеми вытекающими последствиями. Что же касается экспериментов, так это было уделом только сельских одиночек-любителей, тщетно пытающихся образумить волчье потомство. Во всяком случае ни наша кинология, ни соответствующая литература не зафиксировали ни одного положительного результата этого воспитания. Наверное, все-таки не будет лишним привести еще один любопытный пример безысходности подобных опытов, хотя и немного из другой области – о гибридизации лайки с шакалом. Шаколайки, несмотря на удачное их применение в столичных аэропортах при поиске наркотиков и взрывчатых веществ, больше там не используются: одно резкое движение человека или незнакомый предмет вызывали у бедолаг такой приступ страха, что у них начинался понос.
Почему же эксперименты с научно-практической точки зрения оказались утопией? Дело в том, что потомство собак и волков получалось еще более осторожным, чем сам волк. Собачьи гены усиливали страх перед всем новым у животных-гибридов. В итоге дрессировка и обучение полуволков-полусобак становились невозможными: животные видели в человеке только источник опасности, впадая в ступор при одном его появлении. Полученный генетический материал был бесполезен для людей.
Однако, как уже догадался читатель, в питомнике кинологического факультета Пермского военного университета Внутренних войск вопреки всему предшествующему опыту был получен положительный результат гибридизации. Как это удалось?
– Известно, что так называемый ген толерантности, или лояльности, к человеку имеется только примерно у 5 процентов всей популяции волков, – рассказывает капитан Руслан Абакаров. – В древности волки с этой особенностью поведения, обладатели этого необычного гена, шли на контакт с человеком, а потом в ходе эволюционного развития становились ручными, проще говоря, собаками. Суть научных изысканий профессора Касимова строилась с учетом того, что и сегодня на генетической основе дикого животного можно получить домашнее, сделав лесного зверя толерантным к человеку.
Обаятельного хищника из числа тех самых 5 процентов курсанты, будущие кинологи, искали по всей Пермской области среди прирученных волков: в регионе увлечение этим достаточно популярно. К сожалению, все прирученные волки признавали только хозяина, а посторонних панически боялись, в лучшем случае, всячески избегали с ними общения. О желании идти на контакт не было и речи. Наконец, в 1999 году удача, казалось, сама пришла в руки исследователей.

В одном из глухих поселков у охотника обитала волчица, которую он взял из логова двухнедельным волчонком. Найду никто не дрессировал, ни к чему не приучал, но с первых недель жизни она отличалась особым дружелюбием по отношению к людям и до трех лет мирно жила на цепи, пока кому-то из соседей не захотелось украсить дом чучелом волка. Охотник не пошел на сделку, однако, опасаясь за жизнь подопечной, предпочел пристроить ее в хорошие руки. Так Найда оказалась в Пермском институте ВВ МВД РФ.
– С первых же минут на территории большого питомника служебных собак при неистовом коллективном лае, в окружении сотрудников и курсантов Найда вела себя абсолютно спокойно. Собаки на ее месте и те испытывали бы растерянность, – вспоминает капитан Абакаров. - Она даже не прореагировала на довольно болезненную вакцинацию, отличалась удивительным миролюбием и во всем дальнейшем своем поведении. Правда, время показало, что, если человек по отношению к ней хотя бы раз проявил агрессивность, волчица в ответ становилась злобной. Сменить затем ее гнев на милость никому не удавалось.
Сначала для Найды подбирали «женихов» из волков, в том числе столичных, с базы «Мосфильма». Ни с одним из сородичей у волчицы «личная жизнь» не сложилась. Причины были разные, но чаще всего волки-самцы пасовали перед ее невозмутимым спокойствием. И тогда Найду успешно свели с подходящим кобелем овчарки по кличке Барон, а через год еще раз.
…Пока что животные-гибриды обитают только в питомнике Института Внутренних войск. Уникальный генетический материал надо беречь: эксперимент по прорыву волка в утилитарно-практические сферы продолжается. Серые иногда выходят в свет, чтобы блеснуть на каких-нибудь соревнованиях. В начале следующей зимы в своих пермских лесах, которых еще толком и не видели, они начнут сниматься у Павла Лунгина в мистическом триллере с рабочим названием «Волки». Из гибридов больше всех повезло Алому, представителю первого поколения волкособов. Он уже шесть лет занимается делом, и, как видим, довольно успешно.
Насколько широко будут распространены волкособы на забайкальской границе, покажет время. Пока же службу несут более испытанные четвероногие друзья человека. В прошлом году на участке задержано более тысячи нарушителей, и более половины из них – с помощью служебных собак, в основном восточно-европейских и немецких овчарок. Впрочем, на границе развелось и много других узких «специалистов». На автомобильном пункте пропуска «Забайкальск» было одно удовольствие наблюдать, как между набитыми баулами, под сиденьями, под колесами буквально «летал» спаниель. Милая собачка каждый раз заставляла сжиматься в страхе некоторых граждан.
Месяц назад пограничное управление приобрело трех лабрадоров, щенков племенных производителей. У этой крупной породы полностью отсутствует чувство злобы, зато в наличии превосходный нюх. Через восемь месяцев подготовки в питомнике они будут работать в пассажирских потоках на пунктах пропуска, искать взрывчатку, оружие, наркотики. И наверняка ведь при этом не забудут дипломатично вилять хвостом.
Содержание собак на забайкальской границе для капитана Абакарова, как начальника службы кинологии и кавалерии целого управления, – большая забота. Сильные морозы и сильная жара влияют на всех, особенно на самых беззащитных. Специфика местного климата учитывается при подготовке вожатых в кинологической школе, после которой они со своими питомцами уходят на заставы.
– В поиске следа, противозаконных предметов на границе собаку в ближайшее время никакая техника не заменит, а в дозоре ничто не заменит лошадь, – убежден начальник пограничного управления ФСБ России по Республике Бурятия и Читинской области генерал-лейтенант Николай Волков. - На машине проверять контрольно-следовую полосу комфортно, но не эффективно. Пешком ходить по маршруту на огромные расстояния, особенно в горах, значит, изнурять солдата. Возвращением лошадей на границу мы занялись десять лет назад, сейчас они есть почти на каждой заставе. Строим конюшни, готовим кавалеристов… Век ХХI перекликается с веком ХХ.
Лошадь как оптимальное транспортное средство на забайкальской границе используют не только пограничники, собаки - тоже. Представьте себе картину. Выходит конный наряд, а собака, излучающая счастье, что ей не идти, а кататься, сама прыгает на лошадь, усаживается рядом с кавалеристом на свое специальное седло и отправляется в путь. Когда надо работать, покидает седло и идет след искать. Коню свое, а ей – свое. И это правильно. Каждый должен заниматься тем, что умеет. Тем более на границе.
Москва - Чита - Даурия - Забайкальск - Москва.