Пожизненное заключение на поводке? За что?

Пожизненное заключение на поводке? За что?

Ольга Быструшкина (Раудис)

Одна дама в запале дискуссии обронила фразу:
-Почему вы считаете, что я заставляю его (своего ротвейлера) ходить по струночке?! У него поводок 2х метровый...
Она так и не поняла, в чем суть. Дело не в том, сколько метров длиной поводок. Дело в том, что ПОВОДОК. И даже дело не в том, гуляет ли собака вообще на поводке или без него. Взгляните шире! Отстегните поводок и попробуйте ИДТИ ПО ЖИЗНИ с собакой без поводка...

Как всё начиналось?

В детстве, мечтая о собаке, я часто представляла себя гордо вышагивающей с собакой на поводке. Когда же собака у меня появилась, поводок мне не понадобился. Динара, годовалая сучка боксёра, подобранная мной на улице, ласковая и послушная, так боялась потеряться ещё раз, что и без привязи не отходила от меня ни на шаг. Она не представляла опасности ни для детей, ни для маленьких собак, ни для кошек. Ну зачем такую умницу водить на поводке? Так и получилось, что поводок в наших отношениях был чистой формальностью, покоясь во время прогулки где то в кармане - вопреки правилам содержания собак в городе.
Так же естественно сложились отношения с моей второй собакой, сукой ротвейлера по имени Бианка. Привязь не имеет ничего общего с привязанностью, решила я и щенок вырастал без поводка. Шли недели, потом и месяцы, а я всё оттягивала день, когда подчиняясь требованиям общественности, я буду вынуждена взять ребёнка под арест. Но и потом, когда Бианка подросла и люди стали её бояться, я пользовалась любой возможностью, чтоб спустить её с поводка. Ни разу она не подвела меня, была безупречно послушна, управляема в любой обстановке, поражая меня (и не только меня) адекватностью реакций на любые непредвиденные ситуации. Уже тогда я задумалась: не является ли её прекрасный характер именно следствием демократического воспитания без бесконечных ограничений и запретов?
Бианка стала основой моей стаи. Потом появилась Стэви (тоже ротвейлер), бернская овчарка Арлетта и американский кокер Верка. И, после смерти Бианки, ещё один ротвейлер- Фрэнк. С количеством собак прибывал и опыт. В основном позитивный. Как оказалось, заботиться о двух собаках и гулять с ними ничуть не труднее, чем с одной. Но гораздо интереснее. Позднее три, потом и четыре собаки (и более) без проблем уживались друг с другом и с людьми, давая мне огромное множество интересных и забавных наблюдений. Дома и на улице. Как выразилась моя подруга, имеем дома бесплатный цирк. Представления-сегодня и ежедневно.


Эксперимент, поставленный жизнью

Вначале мы и не задумывались о том, что фактически ставим эксперимент. Просто жили своей собачьей жизнью: жизнью собак и собачников. Наблюдали за собаками, за тем как они выясняют отношения, ссорятся и мирятся, дружат и враждуют, хвастаются, обманывают, обмениваются информацией и любезностями, зовут на помощь, организуют интриги. И, конечно, мы с ними гуляли. Часто, подолгу, везде - и без поводка.
Наше место жительствa - Ижевск, крупный промышленный центр, большой оживлённый город с населением около 700 000 человек. Лежит среди прекрасной и относительно нетронутой природы. Поэтому мы, естественно, часто ходили на прогулки за городскую черту, совершая многокилометровые походы. Но, в отличие от многих собаководов, не избегали и шумных улиц. Мы и наши собаки одинаково хорошо чувствовали себя как среди леса, так и в городских джунглях. Конечно, мы не добрались до всех отдалённых микрорайонов, но большую часть города многократно прошли из конца в конец. Как иначе- без поводка.
Разговаривая с многими владельцами собак, я узнала о вещах для меня непонятных и незнакомых. О том, как собаки (животные с выдающимся ориентировочным инстинктом) умудряются потеряться менее чем в квартале от дома. Как убегают от собственных владельцев и поимка их растягивается на целые часы (будучи у меня на передержке те же самые собаки не проявляли никаких бродяжных наклонностей). Как собаки, имеющие дипломы по дрессировке наивысших степеней, не выполняют самых элементарных команд владельцев, оказавшись вне привязи.
В свою очередь многие хозяева собак удивлялись, видя как мы гуляем по людным улицам с большой стаей собак, без малейших проблем управляя ей, и наиболее часто звучал вопрос: -Как вы с ними справляетесь?!
На что я обычно отвечала: - Я с ними не справляюсь, я их воспитываю.
Это была не совсем правда. Размышляя над этим вопросом, я отдавала себе отчёт, что по-настоящему воспитывала только первых своих собак. Потом, когда сформировалась стая, необходимость в моём постоянном вмешательстве отпала: каждого нового члена воспитывала стая. Независимо от того, был ли новый член стаи щенком или подростком, мне уже не нужно было учить его останавливаться перед дорогой или держаться поближе ко мне в густой толпе. Он поступал так, как поступали остальные члены стаи. Если перед переходом дороги все собаки сгрудились около меня и никто при этом не выходил на презжую часть, то и трёхмесячный щенок копировал старших и делал то же самое.
На первый взгляд парадокс: чем больше у меня было собак, тем легче мне было с ними справляться. По-видимому, решающее значение оказало правильное воспитание моих первых собак- основы стаи. Сама по себе вседозволенность и отсутствие контроля не могли бы привести к беспроблемному поведению собак. Здесь был обратный процесс: беспроблемовое поведение хорошо воспитанных собак позволило предоставить им максимум свободы при минимуме контроля.
Вот мы и подошли к сути эксперимента. Мы (я и мои друзья) создали стабильную, функционирующую стаю собак и предоставили им максимум свободы, какой только могли в условиях города предоставить. Не вмешиваясь без крайней необходимости, мы дали собакам возможность самим устанавливать отношения с иными собаками и с людьми, выбирать модель поведения в различных условиях самостоятельно, без принуждения или ограничения со стороны людей. И мы были удивлены, насколько легко и беспроблемово собаки выбрали максимально удобную модель поведения, удобную не только для себя, но и для нас. Проще говоря, собаки показали -насколько легко могут уживаться с людьми в городе при минимуме принуждения со стороны людей.

Наша стая

Наша стая складывалась из моих собак (их количество менялось от 4 до 6) и собак моих друзей, с которыми мы встречались практически ежедневно на протяжении нескольких лет. Большинство из моих друзей тоже имело несколько собак (обычно две) и, хотя они жили отдельно от нас, постоянный контакт даёт нам право считать их полноправными членами стаи. Численностью и авторитетом в стае преобладали ротвейлеры, порода отнюдь не лёгкая по характеру и снискавшая незаслуженно дурную славу. В стае было также несколько американских кокеров, бернских зенненхундов и две лайки. Кроме постоянного состава около 10-15 (в разное время) собак, в стае периодически появлялись <союзники> - собаки, хорошо знакомые членам стаи, но не гулявшие с нами постоянно, присоединявшиеся к прогулкам время от времени. Были это собаки самых различных пород: от карликового пинчера до немецкого дога; среднеазиатская овчарка, афган и т.д. В любом случае, тон задавали ротвейлеры и на протяжении долгих лет бесспорным лидером стаи был Фрэнк, кобель с очень твёрдым характером, типичная Альфа-собака. Первой собакой такого типа была основательница стаи- Бианка и могу с уверенностью сказать, что из тех десятков собак, которых я близко знала в течении долгих лет, больше никто не относился к типу Альфа. По всей видимости, сильно доминантный тип поведения встречается очень редко, даже среди таких сильных по характеру собак, как ротвейлеры.
Не случайно я подробно рассказываю о составе стаи. Известно, что собаки различных пород обладают совершенно различными характерами и в коллективе колли наверняка имеет место иной стиль отношений, нежели в коллективе ротвейлеров (остальные собаки потом подстраивались под них). Тем интереснее было пронаблюдать, как в условиях города будут тесно сосуществовать с людьми такие уверенные в себе, достаточно агрессивные и склонные решать конфликты силовым путём собаки, как ротвейлеры. Насколько они в самом деле будут опасны для окружающих и насколько будут требовать жёсткое подавление и контроль.

Социализация


Основа безпроблемного поведения собаки в обществе (социуме) людей и иных собак- социализация. Попросту говоря, социализация - это способность понять иных членов сообщества, умение приспособиться к ним, занять между ними достойное место- это умение жить в сообществе. В отличие от волков, обществом которых на протяжении практически всей их жизни является стая (или, во всяком случае, сообщество представителей того же вида), собаки живут в гораздо более сложном социуме. Состоящем из минимум двух различных биологических видов: человека и собаки. Стая волков обычно не превышает десятка особей. Обычная городская псина ежедневно находится в прямом или косвенном (визуальном) контакте с многими знакомыми и незнакомыми людьми и собаками. Поэтому домашние собаки, утратив некоторые из природных инстинктов, приобрели взамен способность в совершенстве приспособиться к сложному и быстро меняющемуся миру людей. Волки теряют способность образовывать крепкие социальные связи с людьми в относительно раннем возрасте. Собаки сохраняют эту способность в течении всей жизни. Разумеется при условии, что были введены в общество людей (социализованы) в соответствующем возрасте. Щенок, выращеный в изоляции и не познавший человека до завершения критического периода (около 12 недель), также как и волк, теряет способность устанавливать доверительные крепкие отношения с людьми. Его можно будет приручить, но ручной волк никогда не будет собакой.
Я недаром занимаюсь здесь вопросом социализации. Полноценная социализация-это главное и необходимое условие для того, чтоб собака полностью влилась в общество людей и была его безпроблемным членом. Воспитание - умение себя вести и является прежде всего социализацией. Дрессировка, как оказалось, не является достаточным условием для этого и не является условием необходимым.

Недоверчивость - первая ступень страха

Все мои ротвейлеры и многие из бернских зенненхундов имели дипломы по дрессировке -минимально старый добрый ОКД. Как и многие другие собаководы, я начинала путь с учебником <Основы служебного собаководства>. Были и другие книги, но их было мaло и, по сути, все они содержали одинаковые кинологические азы. Например незыблемый постулат: служебная собака должна быть недоверчивой к людям. Недоверчивой и всегда готовой защищать своего хозяина и его имущество от врагов. Не напоминает вам это идеологию сталинских времён, когда и люди в обществе воспитывались в недоверчивости и постоянной готовности к борьбе с врагами? Потенциальным врагом общества мог быть каждый и это правило механически переносилось в собаководство.
Времена шли, нравы менялись, но служебная собака по прежнему должна была быть недоверчивой к людям. Постоянно готовой кинуться на потенциального врага - реального или мнимого. Считалось нормой, если злобная собака могла броситься на бегущего к автобусу человека, на кричащих и размахивающих руками детей. Ведь её так учили: преследовать и задерживать бегущего, кричащего нарушителя. Специально растравливали, развивали злобу и недоверчивость. Потом, естественно, такая собака должна была находиться среди людей только на поводке и в наморднике.
Шок пришёл позднее, когда стали меняться правила испытаний. Вместо преследования пассивно убегающего нарушителя, от собак стали требовать борьбы с фигурантом, который активно сопротивлялся и переходил в контратаку. Десятки собак, имеющих высокие степени дипломов ЗКС (защитно-караульной службы) позорно проваливались на испытаниях по новым правилам. Столкнувшись с активным сопротивлением и контратакой человека, собаки убегали с поджатым хвостом. Недоверчивые и злобные служебные собаки часто оказывались на проверку злобно-трусливыми.
В этом нет ничего странного с точки зрения этолога. Потому что недоверие - первая степень страха. Собака, которая совсем не боится людей, не имеет довод им не доверять и к людям относится или равнодушно, или с дружелюбным интересом.

Собака не бывает агрессивной без причины


Ни человек, ни любое животное в норме не проявляет агрессии, если на это нет причины. Агрессия всегда сочетается с нападением, с насилием - а для живого организма лучше агрессии избегать. Страх является одной из главных причин агрессии. И не только проявленный в крайней форме, когда зажатое в угол животное в панике атакует, не имея иной возможности уйти от опасности. При высокой степени агрессивности и небольшой степени страха собака атакует по принципу <лучший способ защиты-нападение>. Если бы собака не предполагала угрозу со стороны объекта нападения, нападения бы просто не было.
Причиной большинства бытовых городских покусов бывает недорозумение между двумя биологическими видами: homo sapiens и kanis familiaris. С одной стороны люди по незнанию спровоцируют собаку на атаку, с другой стороны недостаток понимания поведения людей (читай недостаток социализации) приводит к превентивному нападению человека собакой.
Наш многолетний опыт свидетельствует, что мирное сосуществование людей и собак (даже таких крупных, жёстких и агрессивных, как ротвейлер) вполне возможно и далеко не так проблематично, как многие думают. Выход- во взаимной социализации. Люди, даже не интересующиеся собаками, могли бы получать хотя бы минимум сведений о поведении собак и правилах взаимоотношений с ними. Мне, как учителю биологии, непонятно, почему дети в обязательном порядке на уроках биологии учат строение плоских червей или особенности тканей растений, но не имеют элементарных познаний о животных, живущих рядом с нами. Этого просто нет в учебных программах, несмотря на то, что умение понимать домашних животных и ухаживать за ними имеет для нас непосредственное практическое значение.
С другой стороны, собаки, живущие в городе, должны проходить обязательный курс социализации. Пора сбросить в пьедьестала постулат <служебная собака должна быть недоверчива к посторонним>. Если вы живёте не на выселках, окружённые неприятельской осадой, а в городской квартире, среди нормальных людей, в ваших интересах иметь дружелюбную собаку. Тем более, что это вовсе не исключает её высоких защитных качеств. Будте уверены: собака, понимающая поведение и реакции людей, прекрасно разберётся в их намерениях и сделает это еще быстрее и точнее вас.

Они видят нас насквозь

Собаки лишены речи. Зато, как компенсацию, природа им дала способностьи исключи- тельно тонко чувствовать настроения и намерения не только своих сородичей, но и людей. Собаки по тонким изменениям мимики, интонаций, подсознательным движениям наших мышц, по неуловимым запахам тех или иных гормонов чувствуют наше настроение и могут точно предвидеть наши реакции. Правильно воспитанная (социализованная) собака отлично понимает разницу между нападающим хулиганом и бегущим к автобусу человеком. Способна безошибочно понять различие между весёлым народным гулянием и агрессивной толпой.
Пример 1. У нас регулярно отмечался народными гуляниями <День рождения города>. Всё как водится: толпы людей на центральной площади, многочисленные палатки с едой и праздничный салют. Поскольку с нами была куча собак, мы встали на краю людского моря, вблизи палаток со съестным. Салют и сами по себе гуляния собак не интересовали, но вот обилие еды вызвало всеобщий энтузиазм. Берны вместе с кокером отправились промышлять в окрестностях шашлычной. Марк, младший ротвейлер, где-то выудил пакет, до половины полный объедков и улёгся потрошить его на ближайшем газоне. Фрэнк, наш вожак, устремился на промысел в лес людских ног. Толпа стояла тесно, но на уровне ног было достаточно места для крупной собаки и под ногами было очевидно достаточно упавших деликатесов. Фрэнк время от времени выныривал на <поляну> из человеческого леса-раз с пакетиком крекеров, раз с куском багеты, убедился, что мы никуда не ушли и, чавкая, снова шёл в поиск.
Разгорячённая масса людей радостным рёвом приветствовала залпы салюта. В такой тьме тесноте и давке собакам несомненно несколько раз должны были ступить на ногу, толкнуть или запнуться о них, но ни у одной из собак не проявилась реакция страха или агрессии. Собаки привыкли к людям и радостное возбуждение толпы не воспринимали как угрозу, просто прониклись атмосферой праздника и пользуясь моментом, тоже славили праздник живота между палатками. Домой шли довольные, с масляными сытыми глазами-ведь на празднике разрешается всё.
Пример 2. Однажды поздно вечером я пошла проводить подругу и с собой взяла только Фрэнка. Мы шли через дворы многоэтажек, причём Фрэнк , как обычно, рейдировал от подъезда к подъезду, контролируя бачки при мусоросборниках. Находился на расстоянии около 20 метров от нас и, на первый взгляд, совершенно не обращал на нас внимания. В одном из дворов случился небольшой инцидент. Я шла через двор по узкой тропинке, протоптанной в снегу. Навстречу мне шёл незнакомец. Когда мы поравнялись, мужчина внезапно схватил меня за куртку и притянул к себе- всё это молча, без единого слова. Произошло это так быстро и неожиданно, что я не успела издать ни звука, ни даже испугаться по настоящему. Может быть я бы и напугалась, но в ту же секунду возле нас возник Фрэнк, словно ниоткуда (ведь перед этим шарился в бачках у подъезда!). Тоже молча подскочил к нам и буквально оттолкнул незнакомца от меня. Не напал на него и даже не рычал, просто взгляд, направленный в глаза человека стал настолько пристальным и колючим, что мужик опустил руки и пошёл своей дорогой. Фрэнк опустил вздыбленную шерсть и тоже продолжал путь как ни в чём ни бывало. Во всём этом происшествии меня больше всего поразили две вещи. Первое-как он, занимаясь своими делами достаточно далеко, так быстро понял, что я нуждаюсь в помощи? Второе-насколько адекватным было его вмешательство, не более и не менее, чем было необходимо! Ещё и людям в стрессе и горячке далеко не всегда получается установить границы необходимой обороны.
Пример 3. Поздним вечером мы гуляли с толпой собак на пустых улицах окраины города. Навстречу нам шла женщина. Огромная бабища, высокая и широкая словно шкаф и совершенно пьяная. Собаки привыкли на улицах видеть всякое и прошли бы мимо, не обратив на неё никакого внимания, но тетка начала ругаться и попыталась пнуть идущую около неё собаку. Естественно, не попала (на обледенелом тротуаре трудно было просто удержаться на ногах, даже и трезвому человеку), но собаки начали заводиться и в свою очередь посылать тетку....лесом. Ситуация была комическая и, каюсь, мы умирали от смеха, вместо того, чтоб сразу же вмешаться. Но женщина собак не боялась (пьяному море по колено) и собаки явно не воспринимали ситуацию всерьёз. Скакали около ней и ругались, мимика их не выражала злобы или напряжения, скорее задор. Просто беззлобная стычка, игра, пикантное разнообразие обыденной прогулки. Разгорячившаяся баба размахивала руками и пиналась, тщетно стараясь поддеть собак сапогом. Вот здесь снова отличился Фрэнк. Подскочил ней сзади в тот момент, когда она занесла ногу для очередного пинка. Фактически стояла на одной ноге, с трудом удерживая равновесие. Подскочил и передними ногами сильно толкнул её в спину и в тот же момент опустил голову, схватился зубами за каблук той ноги, на которой она стояла и резко дёрнул на себя. Тётка как стояла, так и рухнула, растянувшись на льду во весь свой гвардейский рост. Тут уж мы собак быстро отозвали и ушли. Ни одна из целой стаи собак (5 ротвейлеров и 2 бернские овчарки, не считая кокеров) пьяницу не укусила, несмотря на беспорядочный шум и гвалт. И в этой ситуации собаки были способны различить, имеет ли место серъёзная ситуация или фарс.
Иногда поведение собаки заставляет думать, не обладает ли она телепатией. Прекрасный пример нам дал опять-таки Фрэнк. Находился с родителями на даче, когда к ним пришла соседка и спросила, не заберут ли её с собой в город на машине. Родители согласились и сказали что планируют ехать около 16 часов. Соседка объявилась вскоре после обеда и два часа слонялась по дому, заглядывая во все углы и говорила, говорила, говорила... Моя мама, человек очень деликатный, тем не менее к концу второго часа была с нервами в концах. После очередного залпа слов мама со злостью и раздражением подумала в адрес соседки- <чтоб тебя разорвало!>. В этот момент Фрэнк, до этого спокойно лежавший на подстилке, поднялся и подошёл к соседке. Та, сидя на диване и выставив вперёд толстый живот, продолжала трещать. Фрэнк остановился перед соседкой, несколько секунд требовательно смотрел ей в глаза а потом неожиданно (без тени агрессии на морде) погрузил резцы в складки жира на животе. Укус был быстрым и не сильным, скорее символическим, но эффект был мгновенный: соседка моментально перестала говорить. Телепатии здесь конечно не было, просто Фрэнк был не меньше мамы раздражён бесцеремонностью соседки и уловил момент её негативной внутренней реакции. Почувствовав <моральную поддержку> собственных негативных эмоций, перешёл к активным действиям. Грубо говоря, пришёл к соседке и потребовал заткнуться.

Умению общаться заочно не научишься


Человек может изучать поведение собак в теории. Прочитав соответствующие статьи, снабжённые иллюстрациями, он приобретёт вполне приличные познания о способах выражения эмоций у собак и о их предположительных реакциях на ту или иную ситуацию. Собака может изучать нас, людей, только на практике, в тесном и непосредственном общении. Псы невероятно наблюдательны, но одних наблюдений недостаточно. Основная методика обучения чему угодно у животных-метод проб и ошибок. Делая ошибки, собака постепенно на собственном опыте познаёт правильный способ решения проблемы. В этом отношении человек часто ничуть не разумнее собаки. Мало кто учится на чужих ошибках. На чужих ошибках учиться приятнее (чужие шишки не болят), зато на своих-быстрее и доходчивее.
Таким образом, общению с людьми нельзя научиться, находясь в вольере или на коротком поводке. На поводке собака просто не имеет возможности ошибаться. Вольера или привязь ограничивает собаку в возможностях познавать свет около себя и свет людей в частности. Что уж можно увидеть, находясь постоянно на привязи? Только сталкиваясь с различными людьми в самых различных ситуациях, собака постепенно вырабатывает у себя опыт практического общения, умение правильно реагировать на ту или иную ситуацию. Чтобы собака научилась себя вести среди людей, хочешь- не хочешь, нужно <идти в люди>. Вначале неопытной псине требуется помощь хозяина или иных членов стаи, но по мере того, как растёт опыт, она начинает решать проблемы самостоятельно.

Собаки толерантны и демократичны

Вы будете удивлены, насколько собаки пластичны и приспособивы во всём, что касается людей. Насколько они, в отличие от нас, толерантны к тем, кто выглядит иначе и ведёт себя иначе чем они. Эволюция в природе направлена на элиминацию (устранение) представителей вида, которые выглядят не так, как остальные-вспомните пресловутую белую ворону. Следствием этого прадавнего инстинкта-отвергать всех, иначе выглядящих, иначе себя ведущих, является ксенофобия у людей и у животных.
Собака, как вид, совершенно атипична: представители вида canis familiaris отличаются друг от друга, как ни один другой вид животных. Огромная разница размеров (вес от 1 до более чем 100кг, рост от 10 до 110см в холке), окрасов, длины и структуры шерсти, особенностей телосложения делает одних собак абсолютно непохожих на других. Тем не менее, собаки любых пород и размеров без проблем договорятся и поладят между собой, что часто нельзя сказать о людях. Достаточно вспомнить гонения по расовым, идейным признакам или даже из-за иного стиля одежды или прически.
Недостаточно социализированная собака тоже, по сути, ксенофоб. Достаточно вспомнить, как многие собаки реагируют на людей, сильно выделяющихся из толпы: пьяных, вопящих и раскачивающихся; или на неряшливо одетых и резко пахнущих асоциалов; на спортсменов, которые, опять-таки нетипично одетые, несутся рысью через толпу. Собаки, не имеющие достаточного опыта в общении с людьми, на таких людей реагируют со страхом и агрессией. Но при правильном воспитании перестают обращать внимание и на эти экстремумы среди людских типов. Короче, со временем собаки научатся воспринимать людей такими, какие они есть, со всеми их странностями.
Фрэнк вырастал в деревне и до семи месяцев не видел иных собак, кроме наших. Прибыв в город, был поражён разнообразием форм собачьего племени. Первое время бегал вблизи рассматривать каждую новую экзотическую для него собаку. Причём выражение его морды с округлившимися глазами ничем не отличалось от выражения лица какого-нибудь деревенского недотёпы, впервые попавшего на ярмарку. Точно также, с любопытством и удивлением разглядывал маленьких детей: в нашем коллективе детей не было и Фрэнк был потрясён, впервые увидев маленького человечка. Вскоре его реакции на незнакомые объекты нормализовались. Просто пёс понял, что собаки (и люди) могут быть очень разными и ничего тут не поделаешь. Его быстрой социализации помогла и реакция остальных членов стаи-взрослых опытных собак, и то, что его не ограничивали в возможностях исследовать всё новое и незна- комое.
Иногда среди собак встречается нетерпимость по отношению к определённой категории людей. Например неприязнь к людям в униформе. Часто это связано с негативным опытом собаки, которая потом этот негативный опыт перенесла с одной особы на остальных подобных ей. Порой собака копирует негативное отношение хозяев к некоторым людям. Никто не учил моих собак относиться с недоверием к представителям местного цыганского этника, но, по-видимому они чувствовали это отношение к ним со стороны знакомых людей. Однажды на улице маленький цыганский мальчик хотел погладить нашего четырёхмесячного Рича, щенка бернского зенненхунда. Рич, как и все берны-щенки, был очаровательным колобком, поэтому в реакции ребёнка не было ничего нетипичного: Рича очень часто гладили на улице незнакомые дети (и взрослые). Щенок обычно не имел ничего против таких знаков внимания. Но в этот раз проявил явное нежелание идти на контакт. Не испугался, но очевидно стремился избежать прикосновения. Фрэнк заметил это и немедленно вмешался: оставил свои дела и встал между мальчишкой и Ричем. Не проявил явной агрессии, даже не рычал, но однозначно дал понять пацанёнку: не трогай наших! Бесцеремонно его оттолкнул от младшего члена стаи...
Страницы:
1 2
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  • Яндекс.Метрика
  • Рейтинг@Mail.ru Цена wolcha.ru
Наименование Количество Цена / 1 шт.
Всего: 0 руб.