«Лапу, друг!»

(Вместо послесловия)
Грустно заканчивать книгу смертью любимых героев. И все-таки я не хотел бы, чтоб у вас было минорное настроение.
Много было пережито, перечувствовано. Но потом, когда все немного улеглось, после зрелого обдумывания, я пришел к выводу, что с физическим исчезновением Джери и Снукки не кончается жизнь моих героев. Нет, не кончается.
Перенесемся вновь, читатель, на берега Невы — в Ленинград.
Почему так оживленно и шумно в новом Доме Прессы, что на Фонтанке, 59? По коридорам и этажам снуют группы девчонок и мальчишек в красных галстуках; многие пришли с родителями. Они заполонили все здание. Что здесь происходит?
Более четверти века минуло с того дня, как прогремел салют из сотен орудий, возвестивший об окончании второй мировой войны. Ленинград, принесший в этой войне неисчислимые жертвы, выдюживший наперекор всему и ставший для нас еще более дорогим и прекрасным, принимал гостей — ребят из разных городов.
Вид у всех торжественный и немного озабоченный, взволнованный.
Около трех месяцев назад ленинградская пионерская газета «Ленинские искры» объявила конкурс под названием «Лапу, друг!». Конкурс посвящался верному другу человека — собаке.
Конкурс должен был выяснить, что ребята знают о собаке, и помочь им приобрести полезные кинологические и биологические знания.
Конкурс был задуман в четыре тура — три заочных и последний, четвертый, очный. Разработали программу, нечто вроде «собачьей викторины». Газета печатала вопросы — ребята-читатели на них отвечали. Публиковались отрывки из художественных произведений, в которых действовали герои — собаки, без указания, кто это написал; от ребят требовалось назвать фамилию автора. Ну, и так далее, и так далее. Задачи, надо сказать, были самые изощренные, однако результаты превзошли всякие ожидания. Ребята показали весьма широкую осведомленность в самых различных областях знания; выяснилось, что и художественную литературу они почитывают, особенно ту, где рассказывается о животных… Да, да! Впрочем, никакое это не открытие. Многие участники конкурса подолгу просиживали в публичной библиотеке, рылись в книгах и разных справочниках. Библиотекари заявляли: никогда не было такого наплыва вечерами массы подростков с родителями, весь зал забит.
Родители говорили:
— Скорей бы кончался ваш конкурс, тогда хоть возьмутся за уроки…
Справедливости ради заметим, что среди участвовавших в конкурсе не было неуспевающих.
И вот сегодня заключительный, четвертый, тур который должен подвести окончательные итоги и выявить победителей. Победителям будут вручены призы — щенки и книги.
В жюри: старейший кинолог страны — полковник в отставке, мастер-дрессировщица, представители Всероссийского общества охраны природы и ДОСААФ — Добровольного общества содействия армии, авиации, флоту, сержант-пограничник. Меня выбрали председателем жюри.
Скажу без преувеличения: жюри стоило немало труда — решить, кого же все-таки считать завоевавшими первые места. Активность и работы многих ребят были выше всякой похвалы! Галя Шпитальная, например, ученица 4 «Б» класса 525-й ленинградской школы, представила целую монографию о роли собаки в истории научных и географических открытий; глубине ее знаний мог позавидовать иной взрослый. У многих ребят были отлично написанные рассказы из жизни собак, причем материалом послужили наблюдения из окружающей действительности.
Большинство работ было тщательно оформлено — рисунками, акварельными красками или вырезками из журналов, переплетено в альбомы. Хоть выставку устраивай! Дима Титов со станции Жихарево Волховского района четыре года собирает альбом о собаках (и волках; почему-то его еще и волки интересуют), и он сам пишет, что это ему очень помогло на конкурсе. Словом, трудолюбия, вкуса, выдумки, неистощимого терпения — пруд пруди.
(Вот что значит, когда человек заинтересован, как говорится, откуда что берется! Несомненно, лишнее подтверждение, что всякое дело надо любить и сколь полезны подобные конкурсы.)
Одна девочка, Ира Седова, приехала из Бокситогорска с собакой колли (надо ж и ей посмотреть на конкурс!). Компанию Алеше Ходорченкову из Нарвы составила в поездке мама — оба увлечены собаками. В перерыве мне вручили стихотворение, написанное мамой Ходорченковой, посвященное первому другу — собаке. Оно заканчивалось такой строфой:

О люди! Если б наша верность
Была той верности сродни!
В своих страданиях человечьих
Не оставались мы б одни!
    
Наверное, маме пришлось много пережить.
Зал, рассчитанный на четыреста пятьдесят человек, полнехонек, в нем набилось шестьсот, а то и все семьсот человек. Забиты проходы, стоят у стен, сидят на подоконниках. Море ребячьих голов, все лица обращены к сцене.
Нетерпеливое ожидание у всех.
На сцене девять счастливчиков под номерами, наколотыми на груди: 1) Галя Шпитальная; 2) Аня Казарина, 6 «А» класс, 506-я школа; 3) Женя Семякин, 5 «А» класс, 116-я школа; 4) Ира Моисеенко, 8-й класс, 423-я школа, г. Кронштадт; 5) Сережа Луковиков, 8 «Б» класс, 8-я школа, г. Сланцы; 6) Ира Копыловская, 6 «А» класс, 118-я школа, г. Ленинград; 7) Миша Сличенок, 3 «Г» класс, 113-я школа, г. Выборг; 8) Света Букина, 3 «А» класс, 84-я школа, г. Ленинград; 9) Галя Столярская, 5 «А» класс, 18-я школа.
Галя Шпитальная, беленькая, миловидная, с пухлым ртом и копной вьющихся волос, в которых повязан пышный белый бант (первое место), имеет по предварительному подсчету 77 баллов. Она мечтает об эрдельчике. Галя Столярская (девятая), сдержанная, серьезная девочка, 73 очка. Разрыв небольшой. У троих по 75 очков; еще у троих — по 74. Борьба обещает быть упорной.
У Гали Шпитальной сестра — победительница молодежного конкурса «Дружба» в Дрездене (Германская Демократическая Республика). Дрезден и Ленинград — города-побратимы. Это как свидетельство того, что успех Гали отнюдь не случаен, в семье Шпитальных все развиты, начитаны. Семья интеллектуалов.
Галя нас заботит, уже несколько месяцев у нее держится повышенная температура, очень плохо ест. (Ела под нажимом, когда ей говорили: «Не пойдешь на конкурс!» Эта угроза оказывалась действеннее других.) Врачи не могут определить, в чем причина. Все мы, члены жюри, нет-нет да взглянем в сторону Гали: как она? Не стало бы хуже, не сказалось бы напряжение последних дней и сегодняшнее волнение. Галина мама здесь же, в зале. Пришла и старшая сестра. Они тоже с беспокойством следят за девочкой.
Света Букина тоже была не совсем здорова, но пришла. Пропустить такое интересное мероприятие не хочет ни один.
Девять красавцев сидят за отдельным столиком, слева, жюри — за другим. Там и тут микрофоны — услышат все.
Подобный конкурс был у соседей ленинградцев — эстонцев, в Таллине, но поменьше. А вот этот — яблоку негде упасть!

До последнего вздоха будет Тим мой,
До самых врат смерти дойдет он со мной…
 
— вдруг всплывает в памяти. Да, наверное, теперь уже до самых врат смерти, моих врат, дойдут со мной мои бессловесные спутники — друзья, которые всегда со мной. Они снова в моей квартире: после Джери и Снукки — Джекки, овчарка, после Джекки (короток, ох как короток собачий век!) — фокстерьер Антошка; теперь — пуделек Блямка, Блэкки-Блям… черный, заросший, только глаза сверкают, как угольки! Миттель — пудель, небольшой пудель, со Снукки. Называется он «малым», но по размеру — средний, между карликовым, самым крохотным, и королевским, большим.
«Измельчал Рябинин», — уже кто-то съязвил в мой адрес. Шутка остроумная, меткая, и я сам охотно смеялся над нею. Что ж, я считаю, держать можно всяких собак, вплоть до самых мелких, нет плохих и хороших пород. Каждая порода по-своему хороша и интересна; хотя основным предметом моего поклонения, как и в дни юности, остаются доги, овчарки, эрдели, главные мои симпатии по-прежнему на стороне крупных, служебных.
Однажды меня спросили: стоит ли после всего того, что пережито, снова брать собаку? Не только стоит — надо обязательно! И это не измена дружбе. Наоборот.
До самых врат смерти дойдет он со мной…
Может быть, так же, когда пройдет время, будет говорить кто-то из этих ребят, сидящих сейчас в зале и на сцене?
…Начинается тур.
Вопросы заготовлены заранее. Вопросов много.
«Космические»:
— Для чего отправляли в космос собаку?
Ответ: для определения, как космос влияет на живой организм, на работу его главных органов — сердца, легких…
— В каком году впервые собака летала вокруг Земли по орбите? Кличка этой собаки?
Ответ: 3 ноября 1957 года, на аппарате «Космос-110». Кличка собаки — Лайка.
— Были ли собаки в космосе раньше, до орбитального полета Лайки?
Ответ: были. Поднимались на ракете на высоту в 200–400 километров (вертикальный полет).
— В каком году были групповые, парные полеты собак в космос?
Ответ: в 1961 году.
— Клички каких собак, летавших в 1961 году, вы помните?
Ответ: Белка и Стрелка, Пчелка и Мушка, Звездочка и Чернушка.
Группа «военных» вопросов:
— На каких службах использовались собаки в годы войны?
Ответ: связисты, санитары, собаки — подрывники танков, разведчики, диверсанты, ездовые собаки, буксировщики лыжников, собаки, отыскивавшие фугасы и мины, обнаруживающие лазутчиков. Все они использовались во время войны.
— Как звали первую собаку-диверсантку, подорвавшую вражеский эшелон? Фамилия вожатого? Место действия?
Ответ: Дина-первая. Филатов. Станция Дрисса.
— Как дрессировали собак-подрывников танков?
Ответ: кормили под танком с неработающим мотором, затем с работающим.
— Когда и где впервые применили собак-подрывников танков?
Ответ: осенью 1941 года, под Москвой.
— В каких зарубежных городах «мохнатые саперы» помогли сохранить архитектурные памятники?
Ответ: Прага, Лодзь, Любляна, Белград, София, Будапешт, Краков, Вена.
— В каком году состоялась первая послевоенная выставка?
Ответ: в 1946 году.
По ходу соревнования задавалось много и других вопросов: какая собака лучше дрессируется — флегматичная, вялая или энергичная, темпераментная; чем породистая собака отличается от дворняжки; давно ли собака служит человеку; почему наши ученые предпочли отправить в космос собаку, а не обезьяну, ведь обезьяна, казалось бы, ближе к человеку, и прочее и прочее.
Огласили: отвечать могут не только претенденты на первые места, но и желающие из зала.
Вопрос — и сразу лес рук.
Тянут руки все — на сцене, в зале. Галя Шпитальная уже отвечала, и по второму, по третьему разу трясет нетерпеливо рукой и тянется, тянется вся — хочет говорить!
Вскочив, торопится сказать:
— Строение собаки сходно со строением человека… (Это насчет того, почему послали в космос собаку, а не обезьяну.)
— Обезьяна ближе к человеку: предок, — замечает жюри.
— Нервная система лучше, — уточняет она.
— Вот это, пожалуй, ближе к истине…
А кого лучше держать — породистую или дворняжку? Вопрос каверзный, и Галя на нем попалась: «Породистую лучше, во-первых, она будет занимать места на выставках…» (вот оно, все начинают с этого!); но ее сейчас же поправляют.
— Опыты не жалко производить на дворняжках!
— Дворняжки выносливее, — добавляют из публики.
— Дворняжки тоже люди, — серьезно произносит Ира Копыловская.
Молодец, девочка! Вот это мы и хотели услышать.
У Иры Копыловской папа адвокат, и она хорошо говорит, разъясняя, почему «дворняжки тоже люди».
Вопрос: у кого есть собака?
— У меня есть колли, — встает круглолицая, с косичками, до этого долго молчавшая, Света Букина. Говорит она тихо, приходится повторить:-… у меня есть колли, она любит меня и маму, а потом папу. Умеет делать все…
— А учила сама?
— Нет, учила бабушка…
Зал грохочет. Света остается серьезной.
— А у меня кот, он делает… — начинает номер третий, Женя Семякин.
— Надо про собак! — кричат ему.
— Ничего, про котов тоже можно, — не теряется он, осторожно косясь в нашу сторону.
— Можно, можно!
Миша Сличенок, седьмой номер, рассказал:
— Изображения собак были найдены на Софийском соборе, в Киеве. — Помялся, подумал и уточнил: — Изображения медведя и других собак…
Ничего, пусть будет так. Сойдет. Важно, что знает историю.
Записка из зрительного зала (это уже папы-мамы волнуются и переживают): «Надо всем отвечать по очереди, а то есть ребята, которых так еще и не спросили, хотя они поднимали руки…» Да где же всех спросишь, придется сидеть здесь до утра, а может быть, и до завтрашнего вечера!..
Новый взрыв активности вызывает предложение прочитать что-нибудь свое, написанное в честь собак.
Ого, сколько у нас самодеятельных авторов! Впрочем, надо ли удивляться: полки в редакции «Ленинских искр» завалены сочинениями подобного рода, мы уж горевали — жалко, если все это ляжет в архив.
В руках у меня рассказ, сочиненный Ирой Моисеенко (4):
«РЭКСА НЕ ОТДАМ!» — назвала она свое творение.
«Пусть я не выиграю в этом конкурсе, но мечту о собаке не брошу. И когда-нибудь у меня все-таки будет овчарка. Я постараюсь воспитать ее по всем правилам.
Юра, мой сосед, часто рассказывает мне о своем псе. Нет, у него не эрдельтерьер, о котором он мечтает, не бульдог и даже не лайка. Его собака — маленькая, беспородная.
Поначалу ребята в классе посмеивались над ней, тем более что Юра назвал его Рэксом. Потом собаку отдали знакомым. И вдруг через неделю Юра с жаром сообщает мне:
— Наш Рэкс вернулся! Грязный. Я его и не узнал сначала. Иду, а он у дверей сидит.
Ребята не поверили:
— Вернулся? Через весь город?
В тот же день Юрка гулял со своим Рэксом. Песик семенил рядом, перебирая маленькими лапками, гордо подняв хвостик. Ведь он гулял со своим хозяином! А Юра сказал:
— Теперь я никому не отдам Рэкса. Подумаешь, эрдельтерьер. Ну чем он лучше?»
Пожалуй, рассказ Иры отражает настроение многих. Хоть какая — да собака! И это тоже хорошо — нужно любить всяких собак, какие ни на есть, всех животных.
Ира оказалась и поэтессой. Вот ее стихотворение «Мечты о собаке» (газета напечатала его):

Жил мальчишка — лихой, смешливый,
Из-под шапки вихор шальной.
Был он добрый, в меру ленивый,
Храбрый парень и озорной.

Мяч гонял он, случались драки.
В общем, парень — такой, как все.
Только втайне мечтал о собаке,
О красивом и умном псе.

«Научу я его всем наукам,
Чтобы мчался на первый зов.
Стал бы пес моим верным другом,
Понимал бы меня без слов!»

И не страшно тогда ненастье,
Ни беда, ни мороз, ни зной.
Если с другом разделишь счастье —
Он разделит беду с тобой!