Салют, Варварята! Варварята появляются на свет

Варварята появляются на свет

Канун
Не знаю, за что схватиться, поэтому хватаюсь за клавиатуру. Обстановка бодрая, как перед первым балом Наташи Ростовой. Нервное оживление с предвкушением чудес. Всем, кому требовалось, позвонила. Велели расслабиться и ждать, но не их, а процесса. А чего расслабляться-то, я и не напрягаюсь. Мне, черт его подери, весело почему-то! Что за ерунда?
Собака гулять хочет. Явно зовет меня на улицу. Я боюсь на улицу! Вдруг она там родит? С ниткой, что ли, бежать? С ножницами? Может, мы пока как-нибудь без улицы?
Температура 37,4. На улицу сходили, там какие-то уроды косить траву вздумали и гудят своей адской машинкой. Я на них заорала, как пожарная сирена: «У меня собака рожает, лыжню!» Уроды испугались.
Заводчица ОЛЯ приехала! Счастье!
Видите ли, девочки-мальчики,… быстро сказка сказывается… Схватки…, сперва дремала…, потом дрожала. Опять легла пыхтеть… Так и сидим, втроем в загоне, гладим. Короче, тишина пока. Нет, вот опять дышит…
Блин, с полудня пыхтим, время уже 5 вечера. Это уже ни в какие ворота…
Слушайте, а роды в прямом эфире — это вы хорошо придумали, и я, как космонавт на орбите, единственная ниточка, пуповина… — это выход в форум. Спасибо всем, кто с нами!
Если схватками называются э-э… судороги, которые по ее телу прокатывали, то были. Еще какие! У меня впечатление, что я скоро от этих пыхтений двинусь, не в смысле «надоело», а просто такое дыхание задает ритм… Поймала себя на том, что сама так дышу. Собака ходит ходуном, трясется, пыхтит, но… не рожает.
Спать мы, конечно, не стали: только я подошла к кровати — началось страшное волнение, скулеж, страдальческие глаза и дрожь с элементами тайфуна и цунами. Потом мы побежали на улицу и рысцой назад. Но все-таки я отдохнула и даже прочитала десять страниц книжки про любовь и убийство. В данный момент раздумываю над тем, как все-таки обустроить загон? Чтобы все надолго и в то же время практично и непромокаемо.
Может, спать завалиться? Типа — акушерский блок закрыт, приходите завтра, в рабочее время и строго по записи! Уже скоро 10 часов, как пыхтим… Интересно, ей самой не надоело?
Мы все пыхтим, развлечение последнего часа: бегаем на улицу, дольше одеваюсь и двери закрываю. Присела — и стрелой домой. Во второй раз что-то, видать, попутала: даже не присела, вышла, покружила и бегом в подъезд, а теперь вон опять рвется. Я ей говорю — да ладно, давай дома… Пыхтит… Слюна капает, тело дрожит, но я к этому как-то даже привыкать начала. Загон ей сварганила супер-люкс, с клеенкой, пеленками, ковриками и прочим — все по науке!

А вот и они сами…

Мы уже почти сутки пыхтим. Шутку придумала: «Чего пыхтим, кого ждем?» А над другой присказкой — «Я тебе что, рожу?» больше не буду смеяться никогда!
Все трое опять сидим в загоне. Пузо мячом, морда кирпичом. Кто рожать-то будет? Пушкин? Адмирал Иван Федорович Крузенштерн?
Не везет нам в родах — повезет в любви. Как пить дать — повезет. Температура 37. У меня!
Собака у меня замечательная. Спать легла. Тело трясется, как в ознобе, а сама храпит. Интересно, на роды проснется?
Взяла свой блокнот для наблюдений — журнал «Для тех, кто вяжет». 65-ый день. Но вдруг, словно что-то почувствовав, быстро пишу: «8 июля 2004 г. — день первый!» и, уже включив видео-наблюдение, уверенно продолжаю:
«Воды отошли».
Оля сидит в загоне, гладит Варишне живот, уговаривает.
Собака тужиться не хочет. Я уже от слов «Варюююша, давай, мой хороший», готова сигануть с балкона. Гладим роженицу, гладим, уговариваем, поим и все по-новой.
Потужилась пару раз и все, то ли не хочет, то ли не может, устала, надоело все. Ольга говорит, что эта беда «наших городских собак — тужиться за них тоже должны хозяева».
Ольга уже дергается, потому что я все время спрашиваю, как дела. Поэтому я притихла, сижу тут, в уголочке у компьютера, и пока они тужатся, по клавишам стучу. «Давай, сладкий…, давай, мой хороший…, еще чуть-чуть…, первого родим, там легче будет…, давай, Варюша, тужься, тужься…, лапочкой упирайся — во-оот так, молодец».
Ольга опасается, что от столь долгого ожидания, щенки могут «перекрутиться» и тогда «мало никому не покажется». Первый щенок, говорит, близко уже. На подходе, но мамаша не хочет тужиться.
О Господи…, там что-то идет! Ольга стимулирует в перчатке…, щенка нащупала… Говорит, что малыш лежит с запрокинутой головой, сам не проходит. «Вот он, в пузыречке…» Мать моя!.. Голосом Фимки из фильма «Формула любви»: «ЕДУУУУУУУУУУУУТЬ! ЕДУТЬ!» Мне кажется, что Ольга сейчас сама родит.
Ольга его выправила…, кажется… По локоть в петле… Вот он, уже почти виден! Господи,… я вколола Варе остатки окситоцина…, Хлюпание… Оля переводит дух… Давайте, дорогие!
12:27. Родилась девочка… темная… мокрая… с розовыми лапами и миллиметровыми коготками. Ольга говорит, рыжая… Послед какой страшный, Бог ты мой! Варька его съела… УФФФФФФФ! Облизывает дочку, та сосет…, присосалась к соску…, так жадно…, как будто не ела сроду! Это я пытаюсь шутить.
Маленькая настоящая собака! Ольга чуть не заплакала, когда увидела, что щенок живой — большой очень и лежал неудачно. У меня все руки в крови…, ножницы ни фига не резали!
Девица весит 700 граммов, настоящий мастиф — со складочками, глазки закрыты, а на лапах, Боже мой, такие смешные розовые подушечки с царапками ногтей…, пасть во всю морду…, сосет…, покряхтывает, как младенец! настоящий! Я ее взяла взвешивать, она от соска с таким звуком отлепилась — ЧПОК! Столько сосков и она одна! Красота! Какой хочешь, тот и хватай — все твое! Могучая девка… Только что хвост ей вытирала, булькнула недовольно — потревожили.
… Слизь из глотки так ужасно вытряхивали, кошмар. Оля встала в полный рост и, взяв девочку-крошку в ковшик ладоней, встряхивала… Я думала малышка не выживет. На таких качелях…
А послед я до конца жизни не забуду: черный… кровавый… в жилках…, брррррр… Похоже на печень… К тому же он разорвался там, внутри… Мне доверили пуповину резать… Спасибо всем, что подготовили к зрелищу. Варишна щенка облизала, приласкала и сейчас отдыхает, молодец, собака.
Я от стресса еще бойчей щелкаю по клавишам. Как удачно пошутили на форуме, — «Репортаж в петле по шею».
Теперь второго ждем. Варька тужится, а Оля ей: «Вооооооот, молодец, ттттттгггттужься, девочка». В общем, здравствуй, геморрой…, а у нас тут пир горой. Во рту вкус шоколада (роженице давали малюсенький кусочек и себе, любимой, большой)… ВТОРОЙ ЩЕНОК!
13:15. Вторая девочка, вес 620 граммов, тоже темная. А первая песни поет…, из таза, где грелка, уползла, опять к титьке приложили… Все руки истоптала, смешная…, поет…, Алла Пугачева! Второй послед разорвался внутри. И не вышел.
Кровищи сколько… Воды… Повезло, что на форуме надоумили застелить пол в загоне клеенкой. Мы бы уже плавали. И. полотенца бумажные Дима вовремя привез — уже вторая упаковка в дело пошла. А первая партия пеленок в ванне полощется. Я говорила, что отключили горючую воду? Прямо под роды подгадали.
У нас две ДЕВОЧКИ, лапочки, певуньи. Поют или ноют? Ольга мне говорит: «Дааааа, Галка, ты, когда сама родишь, так над дитем не сюсюкай…» Но это она так, на нервной почве. Первая — «Алла Пугачева» — скандалит: видимо, наелась, а в тазу лежать не хочет. Пойду, успокою ребенка, а то испищался весь. Щенки — они такие…, такие! Страшненькие, но симпатичные!
Наше почтение… Ничего, что мы тут не полностью одеты? Варя лижет детям попки, на улице солнце и дождик… одновременно. Пахнет летней свежей травой… Благодать!
Ольга не хочет ни фотографировать малышню, ни хвалить их — из суеверия. Но мне разрешила. А сама пошла пеленки полоскать. Всем шлет привет, утирая пот со лба. «Переволновалась я, — говорит. — Боялась, что первая… не выживет. Десять лет жизни потеряла, пока головку ей там переворачивала».
Мастифки с черной маской — как их не хвалить — на мокрых хомяков похожи. С закрытыми глазками. Ухи настоящие, ребрышки, лапки, хвосты — все как у больших. Варя слушает, как я печатаю, такое впечатление, что по звуку старается определить содержание. Чтобы, значит, не написала я какой галиматьи. Всем пожелала спокойной ночи и захрапела. Крепкие у нее нервы.
Девчонки сосут. Алла Пугачева, она же Оля, в честь крестной, все не может наесться… Лопнет скоро, а чуть тронешь ее — ворчит… сурово так. Вторая — не назвать ли ее Варя? («Такая же, как мама, — телится, телится»), сосок все время теряет. Вроде подсунешь ей, пока держишь — сосет, руку убрала — тут же потеряла, тычется, ищет. Мне хочется ее назвать ее Сафи. Она такая славная, вторая, интеллигентная, милая, робкая, симпатичная, уступчивая, но твердая. Еще мне надо двух девчонок (Аллегру и Сумерки), а лучше трех (Татьяна, в вашу честь!) и парня (Димыча). Димыч, выходи! «Мужики не танцуют, они работают!»
Ольга (от нервов, наверное) зачем-то рассказывает мне сюжеты из передачи «В мире животных» — о том, что материнство — это нечто особенное! И для иллюстрации берет Аллу-Олю в руки («Какой у нас животик, давай, девочка, надо от какашек избавляться, покажи нам, какая ты умница…»), Варик тут же вскидывается и тревожно смотрит: КУУУДА моего щенка забрали? Щенка подкладывают обратно, и дите тут же принимается чмокать молоко.
Щенки крупные, если у Вари внутри такие же, то там от силы еще два. Но у нас, похоже, перерыв-перекур. Н-да… Но одна бы я не справилась…, хотя — черт его знает.
14.23. Парень! Дима! В белых носочках! Варя на балкон вышла покемарить, пригрелась… и родила. Я в последний момент узрела, что она тужится. Там роды и произошли. На коврике на балконе, под солнышком. Варя сразу принялась вылизывать новое дитя, а Димыч (достоинство та-аакое…, не спутаешь!) сразу к титьке — присосался. Девицы в тазу кантуются, бузят, поют. Оля Стоцкая (бывшая А. Пугачева) и Сафи.
Ну вот, вылезли из таза. Теперь все трое сосут. Димыч, как джентльмен, девиц вперед пропустил, но и сам тоже не робкий. Сразу лапами начал шарашить, каратист-сурдопереводчик! В самый-то момент сказал мне, принимающей роды: «МЯУ!» и быстро вышел, я даже испугаться не успела. Правда! Он сказал: «МЯУ!»
Цвет у них всех одинаковый: темный. Когда они обсохнут, будет видно, тигровый окрас или нет, а так — кто знает… Ольга думает, что щенки будут, скорей всего, ярко-рыжими. Пахнут они водой… и здоровой собакой.
Димыч весит 800 граммов! Оля говорит: «Ляжки, как у коня…» А по мне — так сурки мокрые, все друг на друга похожие. Хотя вторая — Сафи — сама нежность. Такая маленькая на фоне двух коней — первой, Стоцкой, и Димыча — беззащитная. Девицы перемещаются из таза к соскам и обратно, а Димыч ест не переставая, всех оттолкнул и ест. Молодец! Уважаю.
Пока затишье. Я полощу пеленки с каплей отбеливателя, Оля дует кофе, Варик дремлет, Димыч сосет, девчонки пищат… Лежат в тазу на пеленке и грелке и, как бы это сказать, мычат, ворчат, пищат, но на слух приятно. Шубки у них — натуральная цигейка, мягонькая, стриженая, бархатная на ощупь, серо-темная. Может, будут тигровыми (дедушка тигровый), может, рыжими. Да какая разница!
Вот какое оно — счастье: чай с молоком, который хлебает собака, джин на дне прозрачного широкого стакана, жаркое солнце на балконе, три мягких колбаски у сосков большой собаки… Спасибо тебе, Господи!
Мы к четвертому готовимся… чш-ш… Все приготовились… Варик спит, хотя там точно — один хотя бы есть! Оля Варю уговаривает… Пеленки выполосканы и сушатся на солнышке. Как люди зимой рожают? Сижу в обнимку с тазом…, там мелкие… пищат…, тычутся мне под мышку…, легли друг на друга и утихли… Ой! Палец мой сосут! Хоть и беззубые челюсти, но сильные.
Варик устала…, я переключилась с джина на кофе. Оля уговаривает Варю: «Ну подыши хоть для приличия». Варя на роды положила с большим ошейником.
Ребенки, знаете, на кого похожи? Есть такие автомобильные собачки-бульдожки, едешь, а они башкой кивают — тынц, тынц. Одно лицо! Вернее уже три лица. И размерчик тот же: на одной ладони моей не помещаются, но в «ковшике» двух ладоней — вполне. С характерами. Забыла сказать, что Димыч с последом родился, Варя послед съела, пуповину сама перегрызла, умничка… В итоге имеем один не вышедший послед и не желающую больше рожать мамашу. Ольга отправляет меня в аптеку за одноразовыми перчатками. Будет стимулировать. Звонил наш «свекор». Счастлив безмерно!
Мы с Варей прогулялись, потом пешком поднялись по лестнице, еще походили по квартире… Ходит — вроде пыхтит, ложится, тужится, но пока безрезультатно.
Перерыв у нас, получается большой… Третьего родили в половину третьего, а сейчас — шесть. Пять с половиной часов уже рожаем. Детишки сосут, смешные такие… Варвара устала, но тужится исправно, следующий щенок «продвигается к выходу», но так медленно, что, боюсь, мы раньше состаримся, чем дождемся!
А может, это послед? Тот мешочек, в котором щенятки были?
Ольга — рука в перчатке — в петле опять почти по локоть… Варя тужится. «Ммммммммммолодеееец, Вааааааречка, дддддддддддавай, ай хххххххорошоооооооооооо, умммммммница, ттт1тгттттужься, сооооолнышко…» И обе дышим…, и напрягаем животы (непроизвольно). Варя дышит и тужится тоже. И когда уже «вот-вот», вдруг ослабевает… Задышала сильнее!
Уже родившаяся мелочь наелась и дрыхнет на грелке…
Оп-ля! Пацан. Рожали 50 минут!
Весу 850 граммов, без последа. Живой. Конечно, живой!
В отличие от нас… Мы с Ольгой просто отвалились, когда приложили щенка к титьке. Руки трясутся, ноги трясутся, все в крови, да ерунда! Уффффффффф… Спасибо всем, кто с нами. Теперь я знаю, что такое ТУЖЬСЯ, СУКА!
И нет такого смайла, который можно было бы поставить. Прядь со лба, потную футболку в шерсти — в корзину, дыхание сбивчивое…
Выдохнула-вдохнула, устала я, ребята, за последние роды.
Потерпевшая спит с олимпийским спокойствием (между нами говоря, с ним она и провела почти все роды). Детишки спят в тазу, у грелки, обернутой в пеленку.
Букву пока не знаю, а дома буду звать, как хочу. Я же не зову Варишну — «Овенсис», хотя это ее имя. Именно «Овенсис», ошибки нет. Это Тойота Авенсис пишется с «а», а у Варвары кличка на «о».
… О чем я? Заговариваюсь уже. Оля уехала домой, а мы (я) тупо сидим и ждем последы. И на всякий случай бдим. Я. Одна, остальные спят. Хотя очень хочется залезть в горячую ванну, однако горячей воды все равно нет. Дети проснулись и кушаютЪ.
Что же они пищат-то? И сытые, и в тепле… Наверное, не знают команды «ИДИ СПАТЬ»? А вот Варя знает.
Мы с Варишной спать пошли. Я на койку, а она с дитями у грудей. Укрыла их, пузы погладила, веревочки поправила…, ну, с Богом. Ребята, спасибо еще раз огромное тем, кто был с нами. В «прямом эфире» на форуме с нами рожали и в Финляндии, и в Канаде, и в Австрии, и в Германии, и в Израиле, и в Болгарии, и в Москве, Питере и еще в восемнадцати городах! Форум-сила, спасибо, Интернет!


Щенки — они такие…, такие!
Страшненькие, но симпатичные!

… Только зачем же ждать до утра? 02.35. Мальчик. Вес 700 граммов.
Угу. Пятый.
Отдыхать.
 
 
 
Информация
Посетители, находящиеся в группе Гости, не могут оставлять комментарии к данной публикации.
  • Яндекс.Метрика
  • Рейтинг@Mail.ru Цена wolcha.ru
Наименование Количество Цена / 1 шт.
Всего: 0 руб.